Творчество Владимира Лукича Боровиковского


Во второй половине XVIII века портретное искусство достигает своего расцвета. Это не кажется удивительным, если вспомнить предыдущие этапы. Поколения художников, выступившее на рубеже 60-70х годов, в кратчайший срок выдвинуло русский портрет в ряд лучших произведений мирового искусства. В это время творят крупнейшие живописцы ф.С. Рокотов, Д.Г. Левицкий и В.Л. Боровиковский. Они создают блестящую галерею портретов современников, произведения, воспевающие красоту и благородство устремлений человека. Портрет этого периода сочетает в себе большую глубину и значительность в изображении человека, личности. Художники воссоздали образ человека с помощью различных живописных средств: изысканных цветовых оттенков, дополнительных цветов и рефлексов, богатейшей системы многослойного наложения красок, прозрачных лессировок, тонкого и виртуозного использования фактуры красочной поверхности. Все это определило значительное место отечественного портрета в современной ему европейской живописи. Владимир Боровиковский родился в Миргороде (Украина). В этом малороссийском городке он прожил до 1788г. Начал как иконописец, учась у своего отца и дяди - иконописцев. В иконах, написанный Боровиковским в молодости, чувствуется его крупное дарование, которое с трудом вписывается в строгие рамки канона, тогда же он рисовал полупрофессиональные портреты, которые были ему намного интересней. Переломным моментом в его судьбе стал визит Львова, который в свите Екатерины проезжал через Украину в Крым. Боровиковский выполнил два панно в одной из комнат временного дворца, предназначенного для приема императрицы. В конце 1788г. прибыл в Петербург, где прожил восемь лет в семье Львовых, в построенном Львовым же Почтовом стане, и, как и Левицкий, навсегда распростился с Украиной ради Петербурга. В Петербурге Боровиковский общался с представителями прогрессивно мыслящей русской интеллигенции кружка Г.Р. Державина. Он не имел возможности обучаться в Академии Художеств, но по прибытии в Санкт-Петербурге он пользовался советами и чувствовал покровительство своего земляка Левицкого, так же с 1792г. брал уроки у Лампи - старшего. Непосредственное сравнение работ Боровиковского с работами его предполагаемого учителя говорит о бесспорном превосходстве первых над вторыми. Несомненно, что живопись Лампи более эффектна, чем живопись Боровикоского. Видимо, без всяких усилий Лампи писал огромные парадные портреты. Его модели всегда изображены в изысканных и эффектных позах, одежды широко развеваются, усиливая движения фигур, их цвет наряден и гармоничен, формы лиц четкие, почти граненые. Лица всегда идеализированы и даже обезличены. Иностранному художнику, несомненно, была непонятна психология русского человека и даже не вполне доступно изображение его внешних черт. Но именно подобные портреты и должны были нравиться многим именитым заказчикам, старавшимся походить на иностранцев и презиравшим свое русское происхождение. Рядом с Лампи портреты Боровиковского поражают своей скромностью, сердечностью и ясно выраженными национальными чертами. Он был слишком чувствителен, чтобы стремиться к пышным эффектам, и слишком правдив, чтобы льстить заказчикам. И он, конечно, часто их идеализировал, но это было искренне, вытекало из всего его собственного душевного строя, из его восприятия человека, а не из посторонних искусству побуждений. Самое раннее произведение Боровиковского, исполненное в Петербурге, помечено 1789 годом. Это "Сон Иакова" (Третьяковская галерея), рисунок карандашом. В целом он очень красив и даже изящен, но рисунок обнаженного тела Иакова обличает еще неуверенную руку. Вполне возможно, что это эскиз для какой-либо церковной росписи, может, Могилевского собора, который строил Львов и иконостас для которого писал Боровиковский. Кроме того, Боровиковский сделал еще рисунки тушью статуй Петра и Павла для того же собора. Год, когда сделаны эти рисунки,- неизвестен. Характер их очень знаменателен. В XVIII веке скульптура играла для живописи очень важную роль, воспитывая в живописце понимание формы. Рисунок Боровиковского представляет статую, очень сильно освещенную; особенно хорошо освещена голова, обнаруживающая характер и пластическую красоту формы. Однако вполне возможно, что это не проекты для статуй, а эскизы для росписи гризайлью, то есть одноцветной живописи, которой как раз в этот период занимался художник. Не так часто у художников можно встретить рисунки с таким ясным пониманием скульптурной формы. Для Боровиковского это очень важно и характерно. Н. А. Львову принадлежало имение Арпачево (Новоторжский уезд бывш. Тверской губернии). Там находились деревянный дом владельца и каменная церковь, построенная по его проекту. Живопись церкви принадлежала Боровиковскому. Иконы иконостаса были написаны гризайлью на красном фоне. Самый же иконостас представлял собою лес пальм, стволы которых были увиты свитками, также расписанными. Таким образом, в общем получилось нарядное и вместе с тем праздничное сочетание красного, серого и желтого цветов. Эта работа была исполнена Боровиковским до 1791 года, так как в этом году церковь уже была открыта. И еще в одной серьезной постройке Львова участвовал Боровиковский. В 1795 году, по проекту Львова, был построен храм Борисоглебского монастыря близ Торжка. Для его иконостаса Боровиковский написал тридцать семь икон. В это время Боровиковский с особым стремлением занимается парными портретами, портретной миниатюрой на металле, картоне, дереве. Достигнув мастерства и признания в миниатюре, он стал получать много заказов от высокопоставленных особ, даже от членов императорской фамилии. Работы этого периода - это портрет В.В. Капниста и близкий к нему по характеру исполнения интимный портрет "Лизыньки и Дашеньки", написанный в 1774г. В работах этого периода он разрабатывал в противовес официальному сословному портрету, это тип изображения "частного" человека с его прирожденными склонностями, простыми чувствами, наиболее полно раскрывающимися в непринужденной обстановке домашнего интерьера или естественном окружении. В 90-е годы мастер создает портреты, в которых в полной мере выражены черты нового направления в искусстве - сентиментализма. Рожденный на английской почве, сентиментализм в России имел самые тесные связи с предшествующим рококо, он углубил интерес к внутреннему миру человека, к "извивам" его души. Но вместе с тем развивался в России в тесной связи с классицизмом, хотя и обладал собственной мировоззренческой природой. "Сентиментальные" портреты Боровиковского во многом близки руссоистской идее "естественности", "естественного человека", характерной для классицизма. Это новое понимание человеческой личности, ее гармоничности говорит о существенном изменении в эстетике, наступающих с новым веком. Здесь к умению Боровиковского передавать индивидуальность, характерность модели, прибавилось умение сочетать это с общим идеалистическим настроением. Самый первый в ряду этих портретов - портрет О.К. Филипповой, жены помощника архитектора Воронихина. Она изображена в утреннем платье с небрежно распущенными волосами, с розой в руке, на фоне паркового пейзажа. Это работы, в которых художник стремится к "безыскусственности", которую делает искусственно. Но сам этот факт говорит об интересе к чувствительному уровню, к передаче душевных состояний, к частной жизни человека, находящегося в единении с природой. Это самый ранний портрет, написанный в 1790 году. Портрет Филипповой производит впечатление не вполне законченного: складки белого платья, так же как и руки, едва намечены, более всего закончено лицо, но отчетливый рисунок глаз, носа, рта и подбородка еще очень графичен. Следует отметить пейзажный фон. Потом этот фон станет излюбленным у Боровиковского, особенно в женских портретах. И даже по этому незаконченному портрету видно, что художник, работая над портретом, попал в свою сферу. В эти ранние годы своей творческой жизни Боровиковский писал портреты небольшого размера на твердом материале, часто на цинковых пластинках; иногда это были настоящие миниатюры, чрезвычайно тонко и детально написанные. Кисть его приобрела значительную уверенность, рисунок стал четким и ясным. Но рисунок этот неразрывно связан с формой и нигде не выступает отдельно. Боровиковский приобретает высокое мастерство рисования кистью, которая становится для него орудием и живописи, и рисунка. Это предпочтение Боровиковского камерному портрету выражается так же в том, что даже портреты в полный рост он решает как камерные. Так, на полотне "Екатерина II на прогулке в Царском парке" (1794г, второй вариант - начало 10-х гг. XIX в.) императрица изображена не в парадном платье, а в простом голубом капоте с тростью в руке. В модели трудно узнать императрицу - это обыкновенная пожилая женщина, прогуливающаяся с собачкой. За портрет императрицы Боровиковскому было присуждено звание академика в 1795г. Эта работа была выполнена не без участия Львова, и имела огромный успех. В 20-е годы XIX в. с него была сделана гравюра Уткина, впечатлением от этой работы Боровиковского руководствовался Пушкин, когда писал Екатерину в "Капитанской дочке". Все "сентиментальные" портреты Боровиковского - это изображения моделей в простых нарядах, иногда в соломенных шляпках, с яблоком или цветком в руке. Ярчайшей работой этого периода является портрет М.И. Лопухиной. Восемнадцатилетняя Мария Ивановна представлена в мечтательной позе, слегка горделиво небрежной изящной, уединение героини и окружающий ее пейзаж создают впечатление естественности, непосредственности. Необычен фон картины: здесь и лесные деревья, и колосья, и садовые цветы - розы и лилии. Это не конкретный уголок природы, а обобщенный ее образ, как и легкая грусть девушки - не печаль по какому-то определенному поводу, а просто мечтательное состояние души. Она находит в природе убежище от условностей светской жизни. Замечательны цветовые сочетания и сопоставления: белое платье Лопухиной - и березовые стволы и цветы лилии; голубой с золотом шарф, опоясывающий стан героини, - и васильки среди золотистых колосьев; бледно-розовая шаль - и такого же оттенка розы на мраморной подставке, как бы случайно оказавшиеся у нее под рукой. Все построено на сложнейших цветовых нюансах, в основном голубого и зеленого, на прихотливой игре сиреневых тонов, на перетекании одного тона в другой, строящий форму, на тончайших светотеневых градациях, из которых слагается гармоническая соподчиненность всех частей, на плавности линии. В результате возникает чарующий образ девушки, напоенный тишиной и томностью. Пейзаж несет огромную эмоциональную и смысловую нагрузку. Это произведение Боровиковского - ценный вклад в развитие "сентиментального" портрета. Не смотря на некоторую "фарфоровость", образ, созданный мастером очень чувствительный и высоко духовный. В сравнении с портретом Лопухиной, портрет Арсеньевой, принадлежащий тому же периоду, имеет иной характер. Он создан в 1796 г. Портретируемая запечатлена в уютном уголке сада, на фоне зелени с яблоком в руке. Модель - очаровательна и жизнерадостна, подвижна и целеустремленна, она полна счастливой молодости и легкости. Она яркая дерзкая, для создания этого образа Боровиковский пользуется все теми же приемами - тонким светотеневым моделированием, насыщенностью и значительностью фона. Он как бы выводит свою модель из условностей светской жизни, давая ей возможность полной грудью вдохнуть свободу и прелесть природу. Искусство Боровиковского не ограничивается кругом заказных портретов знати. Художник запечатлел и образы людей из народа. Идея "сентиментализма" нашла выражение и в этом портрете торжковской крестьянки Христиньи, кормилицы в доме Львовых, в котором Боровиковский при всей пасторальности и идеалистичности сумел создать живой человеческий образ. Это не так хорошо удается Боровиковскому в портретах Лопухиной и Арсеньевой, так как, отказавшись от условностей парадного портрета, все-таки искусственно привносит светскость в лица и позы моделей. Образ Христиньи полон особой сердечности, наивной прелести и чистоты. Неизвестно, что было поводом к написанию портрета Христиньи, но самый факт его исполнения представляется глубоко знаменательным. Это первое по времени портретное изображение простой русской женщины. Она одета в нарядный сарафан и кокошник с бусами и вуалью. От всего ее облика веет скромностью и даже застенчивостью. На губах играет сдержанная приветливая улыбка. Неуловимыми средствами Боровиковский сумел показать, что это не костюмированная барышня, а настоящая крестьянка, слуга в барском доме, пусть весьма культурном, но все же существующем в крепостнический век. Этот портрет мог сыграть существенную роль в направлении творчества Венецианова, который, как известно, был в течение ряда лет учеником великого портретиста. Таким образом, наличие этих работ устанавливает близость и сотрудничество. Развитие живописи в конце XVIII - начале XIX ошибочно рассматривать, как череду последовательно сменяющихся стилей. В действительности этот процесс многообразен и сложен. Например, "ампирные" портреты Боровиковского с их культом семейственности прямо пересекаются с сентименталистскими настроениями, а портреты 90-х годов тяготеют к классицизму, отдаляясь от "сентиментальных" мотивов. Благодаря отсутствию суровой нормативности параллельно классицизму развиваются иные стилевые направления. Так, ведет свое начало еще от эпохи рокайли псевдоготика, шинуазри ("китайщина") и тюркери ("туретчина") используют традиции Дальнего Востока и Передней Азии. В портретной живописи Боровиковского мы не увидим этих мотивов, но само их наличие в художественной среде, окружавшей художника, формирует некую свободу трактовки и работы с моделируемым человеком. В конце 90-х годов XVIII в. и особенно на протяжении первого десятилетия XIX в. манера Боровиковского видоизменяется. Культ чувствительной дружбы, крепких семейных уз и союза родственных сердец сохраняется, но приобретает несколько демонстративный оттенок. Художник обращается к групповым портретам, изображением двух или трех фигур. Одно из лучших произведений такого рода - "Портрет сестер Гагариных" (1802). Изображенные на условном фоне девушки музицируют: младшая играет на гитаре, старшая готовится петь. Но если двойной портрет сестер Гагариных представляет их на фоне пейзажа, то более поздние композиции Боровиковский решает на нейтральном фоне. "Портрет А.И. Безбородко с дочерьми" (1803). Мать сильно и нежно привлекает к себе детей. Искусстно сплетенные руки, с любовью обращенные к друг другу лица наглядно выражают нежную привязанность. Младшая дочь держит в руке миниатюрный портрет брата, висящий на груди матери. Этот жест тонко передает крепость этих семейных отношений, о брате помнят и любят его так же, как и дочерей. Ритмический строй портрета пронизан горделиво-томной медлительностью, а не той хрупкой рефлексией, которая присуща портрету Лопухиной. Классицизм проявляется в том, что Боровиковский стремится к большей определенности характеристики, строгой пластичности, почти скульптурности форм; к усилению объемности, к постепенному исчезновению мягкой и изнеженной живописи, на смену которой приходит звучность плотных цветов. Рубеж XVIII-XIXвв. - это время наивысшей славы Боровиковского и одновременно появления новых тенденций в искусстве. Классицизм достигает своих высот. Русский классицизм основан, конечно, на тех же принципах, что и европейский классицизм. Он привержен большим обобщениям, общечеловеческому, стремится к гармонии, логике, упорядоченности. В своем развитии классицызм проходит несколько этапов: - Ранний (60-е - первая половина 80х годов). В этот период портретная живопись еще подчиняется законам рококо, и идеи классицизма выражаются в желании художника создать интимный, частный портрет, который бы был противовесом формальному парадному портрету. - Строгий или зрелый классицизм (вторая половина 80-х - 90-е годы, вплоть до 1800г.) Этот период в творчестве Боровиковского представлен наиболее богато и разнообразно. - И поздний классицизм, развивающийся вплоть до 30-х годов XIXв. Самый зрелые по художественному образу и мастерству работы Боровиковского написаны в период зрелого классицизма. Большинство произведений этого времени отличается сходством. Заметно усиление черт классицизма. Величавая независимость, иногда граничащая с надменностью, все чаще появляется в позах и характерах его моделей. Фигуры укрупняются, нарастает их объемность, порой переходящая в скульптурную мощь. Лица часто смуглеют. Красочный слой становится более густым и плотным. Цвет, утрачивая прежнюю прозрачность, приобретает торжественную звучность. Эти тенденции вполне соответствуют к парадности и монументальности. Его двойные портреты приобретают оттенок декларативности и демонстративности (портрет А.Е. Лабзиной с воспитательницей (1803), Г.Г. Кушелева с детьми (сер. 1800), а так же мадам де Сталь,. Портрет М.И. Долгорукой (нач. 19в.) Параллельно Боровиковский работает с парадным, в основном мужским портретом. Хорошо известны портреты Куракина (1802), Павла I (1800), Ф.А. Боровского (1799) персидского принца Муртазы - Кулихана (1796), Г.Р. Державина(1795). Эти работы более разнообразны и объективны по характеристикам. Портрет А.Б. Куракина особенно яркий представитель этой группы работ Боровиковского. Представленная в рост фигура барски спесивого вельможи эффектно выделяется на фоне колонны и свисающего тяжелого занавеса. Этим Боровиковский стремился подчеркнуть высокое положение заказчика при дворе. "Великолепный", "бриллиантовый князь", как его называли современники, очень любил заказывать свои изображения. Художник написал царедворца со всеми орденами. Роскошная окружающая обстановка передана с помощью фейерверка сияющих красок, ярких, но гармоничных. Многие аксессуары связаны с Павлом I: его мраморный бюст на столе, любимый Михайловский замок на заднем плане и на кресле - мантия Мальтийского ордена, Великим магистром которого был император. Человеком дела представляется Д. Трощинский (1819), на портрете, мастерски выполненном Боровиковским. Время и заботы положили на его лицо тяжелую печать, но он еще полон энергии и способен к деятельности. Но самым замечательным среди мужских портретов является незаконченный портрет учителя художника, великого портретиста Д. Г. Левицкого (Государственный Русский музей). Портрет не закончен и, вероятно, поэтому не подписан и не датирован. Однако некоторые признаки позволяют датировать портрет 1802-1803 годами. Лицо Левицкого необычайно значительно. Темные, чрезвычайно живые глаза являются центром портрета. Их взгляд пристален, это изучающий взгляд художника. Небольшой нервный, чрезвычайно тонко проработанный рот, огромный, прекрасной формы лоб. Как нельзя лучше характеру лица соответствует здесь живая, нервная живопись Боровиковского, углубленная трактовка формы. Живопись портрета показывает, каким тончайшим живописцем был Боровиковский, знавший, что здесь первым его судьей будет его учитель. XVII век угасал медленно. Многие художники, творчество которых завершало историю искусства этого столетия, жили, а некоторые из них, в частности Дж. Кварнги, Ф.Ф. Щедрин и В.Л. Боровиковский, продолжает работать в начале XIX в. Однако они уже не играли определяющей роли в развитии искусства, их сменили новые мастера. Боровиковский обратился в своем творчестве последних лет к тому, с чего начал свой творческий путь - к религиозной живописи. Кроме портретов, особенно много в конце жизни Боровиковский занимался религиозной живописью. Заслуживают внимания евангелисты, написанные художником для царских врат Казанского собора. Замечательно, что Боровиковский собственноручно их литографировал, очевидно, придавая им особенное значение. Из ряда работ религиозной живописи "Евангелисты" выделяются народным, русским характером своих типов. Только символические фигуры истолковывают их как изображение евангелистов. Но по своему облику это настоящие крестьяне с типичными мужицкими прическами и бородами. Так же вполне народным типом является старик крестьянин, олицетворяющий "Зиму" (Третьяковская галерея). Не так давно, вопреки старой и совершенно основательной атрибуции, "Зима" возбуждала сомнения. Некоторые историки искусства приписывали эту картину ученику Боровиковского Венецианову, основываясь на исключительности этого сюжета, вернее, изображенного тина у Боровиковского, и, наоборот, на его обычности для Венецианова. Однако при ближайшем рассмотрении "Зима" оказывается написанной с такой живописной энергией, которой почти никогда не достигала кисть Венецианова. Мааки сохранили всю свою отчетливость. Кажется, что художник нанес только начальный, корпусный слой живописи, не желая смягчать отдельные мазки лессировками. Типичный русский крестьянин в нагольном тулупе, но без шапки, с густой копной волос, греет озябшие руки над огнем. Кругом нависла зима. Все покрыто снегом и льдом. На голых сучьях деревьев висят сосульки. Тип крестьянина примыкает к "Евангелистам", упомянутым выше. Он греет руки и одет тепло, потому что он стар и потому что на дворе стоит зима. Так две темы - зимы и старости, взаимно переплетаясь, образуют этот сложный, но поэтический образ. Это размышление о старости, нужно думать, относится к последним годам жизни художника. Знаменательно, что лицо старика - бодрое, никакого уныния и мрачности в нем нет. "Зима" автопортретна для Боровиковского, конечно, не но внешнему облику, а по восприятию неуклонного хода жизни. Письма Боровиковского и немногие воспоминания о нем рисуют его необычайную личность. Он всецело был предан искусству. Оставаясь всю жизнь неженатым, он воспитывал у себя племянника. Позднее на его квартире жили пять его учеников. Среди них известны имена И. В. Бугаевского Благодарного, А. Г. Венецианова и Ф. И. Яненко. Облик Боровиковского запечатлел его ученик Бугаевский Благодарный. Возможно, что этот портрет, изображающий художника в академическом мундире, предназначался для портретной галереи деятелей Академии художеств (Боровиковский был академиком, и это давало к тому достаточные основания). Однако портрет не был помещен в академических залах. Другим учеником Боровиковского был А. Г. Венецианов, который воспринял от своего учителя манеру трактовки лица и фигуры, стремясь к крайней пластичности формы и рисуя человека на фоне пейзажа. Во второй период творчества Венецианов, занявшись крестьянским жанром, внешне отошел от Боровиковского, но внутренне сохранил глубокую с ним связь. Боровиковский был портретистом по призванию. Образы русских людей, им созданные, обнаруживают возвышенный и вместе с тем правдивый взгляд на человека. Тесно связанный с лучшими людьми своего века, следуя традиции классического искусства, Боровиковский перенес в живопись высокие представления о человеке. Красота, и личная, и национальная, присуща каждому его портретному образу. Эта красота не является произвольным сочинением художника, она опирается на действительность так же, как всецело связаны с русской жизнью дорогие нам образы пушкинской поэзии.

Список используемой литературы:

1. Михайлова К. "Владимир Лукич Борови-ковский: Альбом" М., 1978.
2. Алексеева Т.В. "Владимир Лукич Боро-виковский
и русская культура рубежа XVIII-XIX вв." М., 1978.
3. Ильина Т.В. "История искусств" М., 1989.
4. "История русского искусства" М., 1987.
5. "История русского и советского искус-ства" М. 1989.